Свадьба в традициях народов России

Свадебные обряды

С древних времен русская свадьба была одним из самых ярких и своебразных ритуалов культуры Руси.
Древние летописи же говорят о том, что как таковых общеславянских свадебных традиций не существовало, обычаи были различны у разных племен. Так, к примеру, поляне более уважительно относились к брачным узам, считали их священными, а супругам вменяли в обязанность взаимоуважение, сохранение мира в семье. Другие племена, такие как древляне, северяне просто похищали понравившихся девушек, в том числе из других племен, и без совершения каких-либо обрядов начинали с ними жить. Многоженство также не было редкостью в те времена.

Постепенно религия и быт древних славян усложнялась, появлялись все новые божества и традиции, заимствовались новые обряды. В целом с течением времени нравы становились более мягкими, первобытная дикость уступала место пусть своебразной, но цивилизованности. Похищение невесты еще сохранилось, но стало скорее обрядом, который проходил, как правило, по согласию сторон.

Большинство свадебных традиций, таких как разбрасывание риса или преломление свадебного пирога, уходят корнями в глубокое прошлое.

Свадебные традиции разделяются на несколько этапов. Это досвадебные обычаи, которые включают знакомство, смотрины невесты. Затем в свадебных традициях можно выделить предсвадебную подготовку: сватовство, девичник. Далее традиционно идут свадебные обряды – выкуп невесты, венчание, свадебное гулянье. Но креме этих свадебных традиций, можно вспомнить и более «древние» обычаи. Так, например, очень интересная свадебная традиция передавать обручальное кольцо из поколения в поколение: от матери к дочери или от отца сыну. Кроме этого, свадебные традиции зависят от местности и категории населения. Но общность свадебных традиций и свадебных обрядов разных народов существует.

 У каждого народа существует множество свадебных традиций обрядов и примет, ведь брак – один из важнейших моментов в жизни. Мы живем в России, поэтому давайте окунемся в нашу «свадебную» историю.
В прошлом молодые люди женились очень рано.

Холостая жизнь, если судить по пословицам, особой прелести не представляла: «Не женат – не человек», «Холостой – полчеловека», «Холостому помогай боже, а женатому хозяйка поможет», «Семья воюет, а одинокий горюет», «  Не та счастлива, которая у отца, а та счастлива, которая у мужа», «С ним горе, а без него – вдвое».

Вот как проходили старинные свадьбы. Перед поездкой в церковь жениха и невесту сажали на мех. Свахи чесали им волосы, смачивая гребень в вине или крепком меде. Затем их осыпали хмелем или зерном с деньгами, после чего зажигались богоявленской свечой брачные свечи.

 Вплоть до XVIII в., т. е. до петровских нововведений старые свадебные обычаи соблюдались всеми, в том числе и высшими слоями общества. С XVIII в. народный обряд начинает вытесняться в высшем об-ществе общеевропейским «политесом». Старый дореволюционный обряд состоял из трех основных циклов: предсвадебного, свадебного и послесвадебного, что было одинаково для всех сословий. При самом строгом следовании обычаям первый цикл включал сватовство, осмотр дома, девишник и мальчишник, обрядовое мытье жениха и невесты в бане (перед свадьбой). Второй цикл – сбор свадебного поезда, приезд жениха за невестой, встреча молодых в доме родителей, привоз приданого, обряды после первой брачной ночи и т. п. Центральное место занимал свадебный пир.

К третьему, заключительному, циклу относились «отводины» - визиты молодых к ближайшим родственникам.

Одинаковым практически для каждого россиянина – от великих князей до последнего подданного – был обряд венчания. В остальном же брачные обряды у каждого сословия различались. Многообразие ритуалов и суеверий делали непохожей деревенскую свадьбу на городскую, дворянскую – на купеческую и т. д. Объединяло их одно – каждый набор ритуалов был направлен на обеспечение согласия, богатства и потомства в семье.

Сватовство

 Раньше жениться на Руси было принято рано. Зачастую молодожёнам было не более 13 лет. Родители жениха выбирали невесту, а молодые люди могли узнать о свадьбе тогда, когда подготовка к ней шла уже полным ходом.

В наше время в большинстве своём семьи образуются по взаимной любви, и право выбора принадлежит молодым, вступающим в брак, поэтому сватовства, как в прежние времена, со сватами, договорами о приданом, задатком и прочими условиями сейчас уже практически не существует.

Но и сейчас по правилам  этикета молодой человек должен прийти в дом невесты и попросить у её родителей выдать девушку за него замуж. И это уже дань традициям — на самом деле жених просит не разрешения, а своеобразного одобрения их союза.

Сговор

По старинной традиции после сватовства следует сговор. Стороны договаривались о расходах на свадьбу, о подарках, приданом и тому подобных вещах. Всё это происходило в доме невесты, где готовилось угощение. Эта традиция уже канула в Лету, но зато сейчас у нас есть брачный контракт, в котором жених и невеста обговаривают права на имущество и основные правила совместной жизни.    

Девичник и мальчишник

 Накануне свадьбы невеста обязательно звала в гости подруг. Они шли в баню, мылись, а потом причёсывали волосы. Жениха и будущую семейную жизнь невесты было принято изображать в черных красках, так как это символизировало и прощание невесты с подругами и девичьей жизнью, и оберег от порчи.

Мальчишник же — достаточно поздняя традиция. Древнерусский жених шёл в баню один, и обычай предписывал ему, напротив, молчать. Но постепенно мальчишник тоже стал традицией.

Выкуп

Утро свадебного дня раньше начиналось с причитаний невесты и совершения различных обрядов от сглаза в доме жениха, а когда жених со сватами приезжал за невестой, начиналась весёлая церемония её выкупа, которую многие молодожёны любят и по сей день. Подружки задают жениху и его помощнику-свидетелю трудные вопросы, загадывают загадки или просто говорят: «Не отдадим, выручим! Прогоним или пускай выкуп дают». Жених должен ответить на все вопросы, отгадать загадки и дать подружкам денег или конфет. Иногда подружки просто прячут свадебные туфли невесты и требуют дать выкуп и за них.

Застолье

Раньше у входа молодожёнов всегда встречала мать, которая посыпала сына и невестку овсом и пшеном — на оберёг и богатство. Потом родители должны были поподчивать молодожёнов хлебом с солью.  В древности хлеб пекли сами родители. Обычай отламывания или отрезания кусочков хлеба, чтобы погадать, сохранился и по сей день. Раньше гадали на детей — кто первый родится, мальчик или девочка, и на то, как молодые будут распоряжаться своими доходами. 

Брачная ночь

Свадебный день завершался проводами молодых на покой, обычно в баню, на сеновал или даже в хлев. Это делалось, чтобы сохранить в тайне место их первой опочивальни и уберечь от сглаза и злых наговоров.

Именно поэтому и сейчас многие пары порой неосознанно стремятся провести первую брачную ночь не дома — в шикарном отеле, на яхте или просто в новой квартире, где никого больше нет.

Раньше муж брал жену на руки и вносил в дом, чтобы обмануть домового: якобы жена — не чужой человек из другого рода, а родившийся младенец.

А вот как отмечают свадьбу в селе Баевка Кузоватовского района Ульяновской области

Село Баевка Кузоватовского района возникло достаточно давно. Хотя точная дата его образования в письменных источниках нами пока не установлена, необходимо отметить, что Баевка упоминается в “Хронологическом перечне событий Симбирской губернии (1372-1901)” за 1670 год: “Панинъ поспешилъ наперерезъ ворамъ, встретилъ ихъ недалеко от мордовской деревни Баевой, вступилъ въ бой, побилъ ихъ, взялъ десять знаменъ...”(Красовский В.Э. Хронологический перечень событий Симбирской губернии (1732-1901). Симбирск, 1901. С. 22-23).

Первоначально село было удельным. Об этом свидетельствуют записи в “Списках населенных мест Симбирской губернии” за разные годы. Эти исторические сведения, а также название села Баевка (или Баева) дают возможность предположить, что сначала оно было мордовским (См., например: Гераклитов А. Алатырская мордва по переписи 1624-1721 годов. Саранск, 1936. С. 39-41). Но по документам 19 века оно уже значится как село чисто русское. Таковым оно является и в настоящее время. Однако рядом в трех километрах от Баевки располагается мордовское село Кузоватово ( в шести - русское - Коромысловка).

Записи народного свадебного обряда в селе Баевка проводились только в 1997 году. Информантам

и, как правило, выбирались люди пенсионного возраста. Содержание отдельных обрядов, их последовательность устанавливались в ходе беседы, чаще всего проходившей в вопросно-ответной форме, однако в отдельных случаях ответ информанта развертывался в достаточно объемный и структурно выстроенный рассказ. Как правило, рассказчики повествовали о традиции села, приводя часто примеры из собственной свадьбы. В процессе рассказа сами информанты постоянно проводили сопоставление свадебной обрядности их молодости (в основном, 20-40-х годов) с традицией предшествующих десятилетий (по рассказам о свадьбах их матерей) и современными свадьбами.

Всего в селе записано 9 рассказов о свадебном обряде, из них восемь от женщин и один от мужчины. Возраст информантов колеблется в интервале от 53 до 90 лет.

 При описании структуры свадебного обряда мы использовали терминологию, предложенную А.В. Гурой: 1) свадебный акт - “простейший элемент свадебного обряда, единица свадебной реальности, имеющая обрядовую, обычно знаковую природу”; 2) свадебный обряд - “акты, связанные единой функциональной направленностью”; 3) церемония - “сложная цепочка обрядовых действий, объединенных общим содержанием”; 4) свадьба или свадебная реальность - “комплекс актов, т.е. обрядовых действий, совершаемых в определенной последовательности, каждому из которых соответствует своя свадебная функция и семантическая единица - функциональный смысл” (Гура А.В. Опыт выявления структуры северно-русского свадебного обряда (по материалам Вологодской губернии // Русский народный свадебный обряд: Исследования и материалы. / Под ред. К.В. Чистова и Т.А. Бернштам. Л., 197

5. С. 72, 74).

Проанализировав все имеющиеся записи, мы выявили, что свадебный комплекс села Баевка состоит из нижепоименованных обрядов и церемоний, располагающихся в следующем порядке:

Договор

Сватовство + Кладка (Могут совершаться как одно непрерывное сложное свадебное действие)

Запой

Осмотр имущества жениха ("Дом глядеть")

Девишник (“Фантики”)

“Окошки мерить”

“Рубашку носить” + “Ходить за веником” + “Ходить с цветком” (Могут совершаться как одно непрерывное сло

жное свадебное действие)

“Носить постель”(Имеются два варианта времени проведения обряда: 1) постель носили накануне венчания; 2) постель отдают вместе с невестой, когда она едет к венцу)

Баня

“Бужение”

Расплетание косы и передача ленты + Сборы к венцу (Могут совершаться как одно непрерывное сложное свадебное действие)

Выкуп невесты

Свадебный поезд + “Носить постель” (Могут совершаться как одно непрерывное сложное свадебное действие)

Венчание

Встреча молодых от венца

"Пир в доме жениха. Горной." + "Пир в доме невесты. Отзывки."(Могут совершаться как одно непрерывное сложное свадебное действие)

Действия, показывающие честность/нечестность невесты (Имеются два варианта времени проведения обряда: 1) во время горного на первый день; 2) на второй день до или после обряда "Поиски "ярки"

Первая брачная ночь

Поиски “ярки”

Действия, показывающие честность/нечестность невесты

“По гостям ходить”

Конкретные записи свадебной обрядности этого села содержат как все перечисленные обряды (за исключением двух записей), так и указанный в схеме порядок следования (варьируется место обряда “Носить постель” и место обрядов, демонстрирующих честность / нечестность молодой).

 Для свадебной обрядности данного села, как и для русской свадьбы в целом характерно три этапа - "предсвадебный, свадебный и послесвадебный" (Зорин Н.В. Русская свадьба в Среднем Поволжье Казань, 1981. С. 66). Но первый этап свадьбы можно также, в соответствии с инвариантной схемой севернорусского свадебного обряда, предложенной А.В. Гурой, подразделить еще на три периода - “сговор сторон” (от предварительного договора до осмотра имущества жениха включительно), “подготовка к браку” (от осмотра имущества жениха до дня предшествующего дню венчания) и “преддверие брака” (обряды в день предшествующий дню венчания). Рассмотрим более подробно каждый из них (Гура А.В. С. 83.).

“Сговор сторон” включает в себя следующие обряды: предварительный договор, сватовство, запой, кладка, осмотр имущества жениха.

Предварительный договор отметили как элемент свадебного обряда только два информанта ( АгафоноваУ.М., 1907 г.р.; Крючкова В.С., 1913 г.р.). “Присылали родных, не родителей, родных. Перве договорятся, а потом значит приходят родители уж...” (Крючкова В.С., 1913 г.р.).

После того как получено согласие, а иногда и без него в дом девушки жених посылает сватов. Перед тем как отправиться в дом невесты для успешного исхода сватовства “стол опутывали; вот стол опутают веревкой, з

начит невеста никуды не денется” (Коновалова К.А., 1928 г.р.). Сватами, как отмечали информанты, могли быть родители жениха, крестные родители жениха, и даже сам жених. “Отец идет, крестный, с женихом идут сватать” (Батраков М.С., 1927 г.р.); “Раньше-то родители ходили. Сватали. Это сейчас все самовольно делают, без родителей” (Ксенофонтова Е.С., 1917 г.р.).

В ходе опроса, проведенного в селе, не выявлено существование сейчас или в прошлом “профессиональных” свах или сватов.

Запой в Баевке проводился в один день со сватовством (8 записей), а в 2 записях отмечено слияние в один обрядовый комплекс трех обрядов - сватовство, запой и осмотр дома жениха. “Вот тут усватают, и в этот вечер сразу запой. И сразу созывают родных” (Крючкова В.С., 1913 г.р.). “Это ведь счас договариваются, а раньше вот пришли сватать, ну все, невеста согласна, жених согласен, ну, собирают родню. И сватают и запивают. В этот же день” (Коновалова К.А., 1928 г.р.). “Вот когда у невесты уйдут, пойдут к жениху, как раньше, дом глядеть! У невесты тут погуляют, посидят там скоко, пойдут к жениху. В этот же вечер...” ( Агафонова У.М., 1907 г.р.). К этим обрядам примыкает кладка, которую, как правило, рядили на сватовстве. “Раньше рядили, а в мои года нет. Раньше-то шубу, шубняк длинный невесте рядют. - А когда рядились-то? - Когда сватали” (Ксенофонтова Е.С., 1917 г.р.). Таким образом, для данного села характерна тенденция к стяжению в один обрядовый комплекс, совершавшийся в течение одного промежутка времени, четырех свадебных обрядов: сватовства, кладки, запоя и осмотра имущества жениха.

Подготовка к браку включала в себя следующие обряды: девишник и “ходить окошки мерить”.

Девишник в Баевке называют фантики. “Оне за недельку до свадьбы бывают. Все подруги сходются и робят кричат. Робяты все по лавкам. Девки - кучкой, поют песни” (Шумилина Т.К., 1916 г.р.).

Обряды в день предшествующий дню венчания состояли из обрядов, называемых в селе: рубашку носить, ходить за веником, носить постель, ходить с цветком. Среди них и варианты одного обряда (ходить за веником, ходить с цветком) и самостоятельные обряды, обладающие собственной семантикой и совершавшиеся в разное время. Некоторые из них не имели четкой приуроченности в свадьбе. Так обряд носить постель мог совершаться накануне венчания, а мог и в день венчания:

“Раньше накануне (возили), а после-то стали: кода невесту увезут, тогда и постель” (Агафонова У.М., 1907 г.р.); “Раньше вот подъезжает поезд и постель выносят, кладут... Ну, и вот погрузят все. Невесту сажают, выйдут там, посидят и увозят... На роспись вперед поедут. С этой постелью поедут на роспись” (Ксенофонтова Е.С., 1917 г.р.). Такой же вариативностью обладал и обряд носить рубашку: его могли совершать за два дня до венчания (Ксенофонтова Е.С., 1917 г.р.), но могли и накануне венчания. Носили подруги, девушки. Рубашку отнесут и отдадут жениху. Их там угостят, поднесут по рюмочке. В селе не принято было подменять рубашку, ее просто отдавали. Обратно девушки получали веник, иногда дрова. Веник девушки по дороге к невесте наряжали лентами и “втыкали его на шест” (Голубева И.Я., 1923 г.р.). Затем этим веником парили в бане невесту.

Один их информантов назвал обряд с цветком ходить. “?: А было такое, что до свадьбы девушки идут в дом жениха? - Коновалова К.А. (1928 г.р.): А как же, с цветком ходили. - ?: С каким? - Коновалова К.А.: Ну, вот наряжают там веник и идут к жениху. Да, ну вот, назывался цветком веник, на него бантиков разных, тряпочек, идут к жениху”. Этот “цветок” приносили к жениху, наливали в вазу

самогонки и ставили в него “цветок”, “да чтоб не завял, не завял цветочек” (Коновалова К.А., 1928 г.р.).

Завершал третий период предсвадебного этапа обряд “бани”. В Баевке он проводился в день накануне венчания. Невеста вместе с подругами ходила в баню. Там девушки парили ее веником. О традиции гадания в бани не сообщил ни один информант.

Третий этап - собственно свадьба или бракосочетание - по количеству составляющих его обрядов превосходит все остальные. Это такие обряды, как “бужение”, “расплетание косы и передача ленты”, “сборы к венцу”, “выкуп невесты”, “свадебный поезд”, “встреча молодых от венца”, “пиры” (в доме жениха и в доме невесты), “первая брачная ночь”, “поиски “ярки”, “посещение новобрачными

родственников”.

Не останавливаясь подробно на всех обрядах, составляющих этот этап, и всех актах, из которых соответственно строятся обряды, рассмотрим только те из них, которые обладают локальной особенностью.

Обряд “бужения” еще сравнительно недавно (в 20-30-е гг. нашего столетия) включал в себя такой важнейший акт, как “вопление” невесты: “Невеста сама встает. Мать сперва будит, потом брата, а потом и подруг...

Вы не пойте-ка, ранни кочеточки, ранехонько,

Не будите, ранни кочеты, вы мою милу маменьку,

Разбужу я ее сама, разнесчастная.

Вставай-ка, мила маменька,

На дворе день, белы

м заря.

Белым-бело, красно солнышко, взглянет к нам в окошко.

А потом начинает брату. И брату эдак будет (“вопить” - И.В.Я.).

Вставай-ка, братец миленький,

Выходи-ка ты на широко-то подворье-те,

Запряги-ка, братец миленький, ты ворона коня,

Поезжай-ка, братец мил

енький, во темный лес,

Заруби-ка братец миленький, ты ветку березы...”

(Агафонова У.М.,1907 г.р.)

Локальным характером в обряде “сборы невесты к венцу” обладает акт “предохранение невесты от сглаза”: “на грудь мыло ложили, это говорят “подвенечное” мыло; когда ребенок родится, им мыли ребенка” (Агафонова У.М., 1907 г.р.), а в обряде “расплетание невесте косы и передаче ею ленты” в отличие от общерегиональной традиции невеста ленту передавала не своей младшей сестре или подруге, а сестре жениха (Агафонова У.М., 1907 г.р.).

Обряд “выкуп места для свахи” также включал в себя весьма специфический акт: “?: А жених для свах место выкупал? - Агафонова У.М. (1907 г.р.): Нет. Это тут свахи выкупают. Тут садится сваха за стол околе невесты и вот сваха, когда это... просит: “Подайте из чулана! Подают там квасу, чаво... И она (сваха жениха - Я.И.В.) бросает туда копеечки (расплачивается, чтобы выкупить для себя место - автор)”.

Как отмечало большинство информантов, в селе проводились в день венчания два пира: один у жениха, который назывался “горной”, и второй у невесты, называвшийся “отзывки” (Крючкова В.С., 1913 г.р.). Первый стол - у жениха - сопровождался битьем горшков (целых и худых в зависимости от “честности” / “н

ечестности” невесты). Кроме того, “честности” / “нечестности” невесты показывалась следующими действиями: показывали простыню; матери на руку привязывали ленту (черную, если “нечестная”; розовую, если “честная”) (Сухова Е.Ф., 1912 г.р.); вывешивали ночную рубашку невесты. Но причину битья горшков до брачной ночи информанты объяснить не могли и ссылались на традицию.

Свадьбу в Баевке завершал обряд “посещение новобрачными родственников” (местное название - ходить по гостям). “На второй день родные берут их (молодых - автор) в гости, гуляют. Каждый в дом берет. Ходишь, ходишь. Могли и соседи брать, которые гуляли на свадьбе” (Ксенофонтова, 1917 г.р.). “Неделю гуляли. По селу гуляли. С конца до конца обойдешь родных” (Агафонова У.М., 1907 г.р.).

И.В. Явкина

( Опубликовано в книге: Свадебная обрядность на территории Ульяновской области: Материалы и исследования. Ульяновск, 1997.)

Свадебные традиции в Республике Адыгея

Традиционная адыгейская свадьба проходит почти без участия новобрачных: жениха отправляют в «изгнание», невеста же находится в «доме невесты» в окружении подруг. На второй-третий день жених в сопровождении друзей едет забирать невесту и вручает своему отцу деньги, подаренные молодоженам родственниками и гостями, после чего отец прощает сына и отменяет его «изгнание». Приданое невесты составляют в основном ее личные вещи и подарки родственникам жениха. Что же касается щепетильной темы — девичьей чести и супружеских измен, тут у черкесов нет места либерализму. Жена-изменница с позором выгоняется из дома, у нее нет шанса выйти замуж повторно. Если же, напротив, девушка пришлась по сердцу семье жениха, то в случае его смерти ей могут предложить выйти замуж за его брата, чтобы оставить в доме, где она желанна. Отношения между мужчиной и женщиной никогда не проявляются открыто. Не принято здесь и признаваться в любви, если мужчина хочет сделать женщине предложение стать его женой, он говорит ей: «Я тебя знаю». Окружающие люди никогда не знают, как на самом деле муж относится к жене, — это известно только самим супругам.

Свадьбы в Чеченской  Республике

Чеченское слово «свадьба» в переводе означает – «игра».  Сам по себе свадебный обряд – это череда представлений, в которые входят пение, танец, музыка, пантомима. Музыка звучит, когда за невестой отправляются и привозят ее в дом жениха односельчане, родственники, друзья. На этом этапе свадьбы происходят и другие представления.

В назначенный час жених с друзьями приходит к месту встречи (место выхода девушки) и увозит или уво­дит девушку, и это уже считается «выйти замуж» (марие яхар) или «жениться» (зуда ялор). Привозят невесту в дом друга, зятя или родственника жениха (зуда йоссар – "пребывание невесты") до оформления некоторых фор­мальностей: необходимо послать человека (стаг вахийтар), чтобы сообщить родственникам невесты о добровольном выхо­де замуж их дочери; примирение (там бар); выдача выкупа (йоьхана или къовлам) родственникам невес­ты; подготовка невесты к свадьбе (нускал кечдар), когда родители присылают ей одежду, шьют и покупа­ют все, что ей нужно. Это продолжается неделю, а иногда и дольше. Все это время готовятся к свадьбе (ловзар).

В день свадьбы за невестой отправляются поезжане (замуой), в числе их и друзья жениха (невцан накъост – шафер).

По дороге к невесте и назад свадебный кортеж весе­лится. Играет гармошка, при возвращении стреляют из ружей, а раньше джигиты показывали свое искусство в стрельбе, фехтовании и джигитовке.

При выезде свадебного поезда родственники или односельчане невесты могут задержать поезд буркой или перетянутой через улицу веревкой и взять выкуп. Вы­куп берется и при выводе невесты из ее родительского дома (Не1 лацар – буквально "держать дверь").

Невесту привозят в дом жениха и помещают ее, одетую в свадебный костюм, на почет­ное место в комнате, обычно – в противоположном углу от входа, у окна — под специальную свадебную занавес­ку — кирхьа.

Затем невесте дают ребенка (обычно сына-первен­ца почетных родственников) с пожеланием, чтобы у не­весты были только сыновья. Поласкав мальчика, неве­ста дает ему какой-либо подарок или деньги.

При вводе невестки в дом у порога кладут веник с истангом (войлочный ковер), которые невеста должна убрать аккуратно с дороги и положить на это место деньги. По мнению вайнахов, если невеста глу­па, она перешагнет через них, а если умна, то уберет их с дороги. Раньше же к ногам невесты бросали и бурку.
Распорядителем и тамадой на свадьбе бывает из­бранный генерал – инард. Свадьба сопровождается танцами, приглашаются гармонисты, бубнисты или иг­рающие на зурне (пондарча, вотанча, зурманча).

Раньше на свадьбах присутствующих веселили клоуны (жухарг). Они надевали маски (туьтм1аьжиг).

Гости на свадьбу приходят и приезжают с подарками. Женщины приносят, как правило, отрезы материи, ков­рики, кур, сладости, иногда деньги, мужчины – деньги или баранов. При этом мужчины часто передают свой подарок непосредственно невесте при свадебном обряде моттбаститар ("развязать язык"), который заклю­чается в следующем: к пришедшим на свадьбу гостям, после того, как они поели, выводят невесту, у которой они просят воды с тем, чтобы она с ними заговорила, пожелав выпить воду на здоровье. При этом с невестой шутят, делают ей отрицательные или положительные замечания о ее внешности, характере, о ее женихе. Наконец она произносит одну-две фразы (ибо многословие – признак глупости и нескромности), то есть предлага­ет попить воду на здоровье. Присутствующие благода­рят ее и желают ей всего наилучшего, счастья будущей семье, детям, родственникам и вручают подарки.

Существует и ритуал зуда гучуяккхар, что дословно означает «показать невесту», когда распорядитель свадьбы (анарл), сев за стол вместе со своими помощниками, объявляет сбор средств молодоженам, называя имена при­сутствующих, которые привезли подарки или деньги.

Еще одна  игра-представление организуется на третий день свадьбы. Невесту с музыкой, с плясками ведут к воде. Сопровождающие бросают в воду лепешки, затем расстреливают их, после чего невеста, набрав воды, возвращается домой. Это – старинный обряд, который должен обезопасить молодую женщину от водяного. Ведь она каждый день будет ходить по воду, а водяного приманили уже угощением и «убили».

В этот вечер совершается регистрация брака, в которой участвует доверенный отца невесты и жених. Обычно  мулла от имени отца дает согласие на вступление его дочери  в брак, и на следующий день невеста становится молодой хозяйкой дома. По старинному чеченскому обычаю жених не должен показываться на собственной свадьбе.  Поэтому он в свадебных играх не участвует, а  веселится обычно в это время в компании друзей.     

Свадебные обычаи сибирских татар

В конце XIX - начале XX века у многих народов были распространены следующие формы бракосочетания: брак путем сватовства, брак путем похищения девушки, добровольный уход невесты к жениху, колыбельный сговор, а также браки по обычаям левирата и сорората.

Похищение (умыкание) у сибирских татар предпринималось относительно редко. Мотивы умыкания были различны. Одним из самых распространенных являлась уверенность в безуспешности сватовства, в то время как невеста очень нравилась или брак с ней представлялся очень желательным из престижных или материальных соображений. Более уважительным мотивом считалась месть за неудачное сватовство (Смирнова Я.С., Тер-Саркисянц А.Е., 1995. - С. 61-62). Похищение производилось как с согласия невесты, так и без него (насильственное похищение) (Томилов Н.А., 1980. - С.34). В деревне Эбаргуль Усть-Ишимского района Омской области сохранились повествования о том, как парни из окрестных деревень воровали местных девушек. Под каким-нибудь веским предлогом их выманивали из дома, оборачивали в тулуп или одеяло и увозили.

У качинских татар сохранился обряд похищения невесты по договоренности (Ельницкий К., 1895. - С. 97). "Невеста непременно должна быть украдена. В назначенный срок жених и несколько человек молодежи отправляются верхами на лошадях к стойбищу, где живет невеста; сначала шайка укрывается где-либо по близости, в буераках или в кустарниках; когда же настанет совершенная темнота, некоторые из молодежи, в числе 3 или 4 человек, выбранные не из улуса жениха, а приглашенные нарочно для цели похищения невесты, откуда-либо, дальние и незнакомые родителям невесты, заходят в юрту, просят пустить переночевать, остаются в юрте и подкарауливают, когда невеста выйдет на улицу, или же присматривают, где она может спать. С улицы или сонную с постели схватывают ее, завертывают голову, чтобы не было слышно крику, перекидывают девушку через седло, дав знать жениху и товарищам его свистом, соединяются все вместе и мчатся, что есть духу, в стойбище жениха. Как бы ни было все тайно и тихо сделано, улус весь поднимается на ноги, хватают, кому какая попадется, лошадей; на тревогу сбегаются из ближних улусов тоже на лошадях и все, перегоняя друг друга, что есть силы скачут, догоняя похитителей; догнав, бьют чем попало, захваченными при отъезде на скорую руку палками, оглоблями, каменьями и другими первобытными орудиями; иной раз невесту отбивают, но весьма редко, потому что у жениха лошади подобраны самые лучшие, а у догоняющих бывает всякий сброд. Бывает и так, что высватанную невесту от одного жениха отбивает другой, причем драки бывают не на живот, а на смерть, многих искалечивают или оставляют шрамы на лице и голове.

Несколько человек, из посторонних и родственников жениха, готовят юрту или амбар, где запирают жениха с невестой, а сами едут к ее родителям, захватив фляги с вином. Родители встречают их негостеприимно, бьют по чем попало, а те, не обращая внимания на побои, берегут свои фляги. Долго продолжается эта формальность, но, в конце концов, дело заканчивается мирно и обряд кончается прилично попойкой".

У нагойбаков (крещеных татар Оренбургской области) прежде был обычай похищения невест. Девушка никуда без провожатого выйти не могла, потому ее выслеживали и ждали удобного случая, чтобы схватить и увести ее. Если родители в тот же момент догадывались о случившемся, бросались в погоню и отнимали девушку. Позже сами девушки убегали, условившись предварительно с женихом, или сообщали секретно свое намерение родителям (Бектеева Е.А., 1902. - С. 170).

У сибирских татар иногда родители жениха и невесты договаривались инсценировать похищение, чтобы не платить калыма и не готовить большого приданого. В этих случаях свадьбу обычно не проводили, тем самым избегая больших расходов, или вместо нее устраивали небольшое застолье для близких родственников (Томилов Н.А., 1980. - С. 34).
В науке первоначально господствовало убеждение, что форма брака путем похищения была древнейшей, предшествовавшей договорной форме брака (Першиц А.И., 1982. - С. 122). Это убеждение опиралось на наличие большого числа свадебных антагонизмов в обряде, широкой распространенности браков умыканием наряду с браками по сватовству, известности этой формы брака всем народам мира. В настоящее время в науке отказались от взгляда на похищение как на древнейшую форму заключения брака (Першиц А.И., 1982. - С. 123). Во-первых, не было прочных доказательств того, что брак путем похищения преобладал над браком по сговору, во-вторых, этнографическая наука значительно продвинулась в объяснении свадебных антагонизмов, от взгляда на них как на отголосок брака похищением отказались (Першиц А.И., Смирнова Я.С., 1998. - С. 63).

Широкое распространение "воровской свадьбы" было связано с эпохой становления раннеклассовых обществ, с периодом далеко зашедшей социальной стратификации (Першиц А.И., 1998. - С. 63). Преимущественно экономические мотивы толкали к похищению и на рубеже XIX-XX вв. (Томилов Н.А., 1983. - С. 89). Так, в деревне Юрт-Саусканы Тарского района Омской области жених из-за бедности не мог посвататься к полюбившейся девушке. Он выждал подходящий момент, когда в деревне шел праздник Ураза, и выкрал девушку. Отец невесты был очень разгневан и не отдал дочери приданого, собранного для свадьбы с зажиточным казанским татарином из города Тары. Но чаще всего стороны приходили к согласию.

Шире, чем умыкание, практиковался увод (убег). Если родители не соглашались с выбором сына или дочери, ослушники вступали в брак "убегом". "Беглые браки" были широко распространены в Западной Сибири уже в XVIII в. "Невест женихи часто увозили тайно в Томск, где с ними вступали в брак по мусульманскому обычаю", - заключает, например, Н.Ф. Емельянов относительно томских татар второй половины XVIII в. (Миненко Н.А., 1987. - С. 145).

Примером может служить случай, описанный Н.А. Миненко с "ясачным человеком" Василием Сичаковыми и Ариной Чебичаковой из деревни Тагучинской Сосновского присуда Томского уезда. В июле 1743 г. Сичаков нанялся "в работу" к отцу Арины, и, "живучи в доме одного Чебичакова", "согласился" с Ариной - подговорил ее бежать, желая "взять ее за себя в замужество". Побег состоялся в сентябре того же 1743 г., когда Василий и Арина работали вместе в поле, - "на вершней лошади" отправились они в путь. Видя, что "приходит ношное время, беглецы "стали на пустом месте на становье". Здесь их застигли бросившиеся в погоню люди. Заметив приближение "погонщиков" и поняв, что побег сорвался, Арина предложила своему спутнику, "чтоб как он, Василий, так бы и она, Арина, умерли обще". "Складным своим ножом, которой у ней имелся", она, по словам Василия, "ткнула его … под горло", отчего "повалился он на землю". Однако рана оказалась не смертельной - "едва живого" Сичакова доставили в Томскую воеводскую канцелярию. "А по взятии-де ево, - сообщал Василий на допросе, - видел, что и помянутая девка поколота ножем же и лежит мертва" (Миненко Н.А., 1987. - С. 145-146).

Причин для заключения брака убегом было несколько. Часто молодые люди долго встречались, но на сватовстве жениху отказывали из-за бедности и незнатности его семьи, невозможности уплаты необходимой суммы калыма. Отказ мог последовать и в случае нарушения очередности выдачи замуж сестер (если старшая дочь еще не выдана, жениха просили повременить со сватовством младшей).

Брак убегом осуществлялся так: договорившись с женихом о женитьбе, девушка тайно убегала из дому. Девушка приходила в условленное место, а юноша отводил ее либо к своим родственникам или знакомым, либо сразу в дом своих родителей. Возвращавших из побега не выдавали замуж до пяти лет. Если побег удавался, его оформляли официально только через полгода или год, обычно после рождения ребенка. Калым тогда не платили, а никах проводили в доме жениха. Такая форма брака получила наибольшее распространение на рубеже XIX-XX вв. в связи



Информационные партнеры

Партнеры